Лёня Голиков
Когда началась война, Лёне Голикову исполнилось пятнадцать лет. В шестнадцать — было это в марте сорок второго года — он стал партизаном. Сначала ему отказывали. Дескать, не можем ребятню набирать. У нас ведь не пионерский отряд… Но что поделаешь с этим пареньком, если он уже пришел в лес? Через месяц — в апреле — во время атаки вражеского гарнизона все увидели, что Лёня Голиков храбро дерется. А вскоре поняли, что в разведке он просто незаменим.
Однажды стало известно, что в деревне Сосницы появилась немецкая часть. Командир послал Голикова на разведку. Босой, в поношенной рубахе, он как ни в чем не бывало ходил по деревне. Вернувшись, рассказал: видел пушку, возле сарая стояла автомашина, на которую грузили ящики со снарядами, у школы несколько легковых машин и мотоциклов. Нетрудно было догадаться, что здесь разместился штаб.
В ту же ночь партизаны напали на немецкий гарнизон. Леня Голиков был в группе, наносившей удар по штабу. Автоматной очередью он скосил гитлеровцев, выскочивших из дверей школы, и первым ворвался туда. Три фашиста стреляли через окна. Они не слышали шагов партизана. Двух Леня снял молниеносно. Третий успел броситься на пол и выстрелил в Голикова. Леня метнулся в сторону, упал. Гитлеровец решил, что партизан убит, и поднялся. Короткая очередь уложила врага.
Из ночного налета Леня возвращался с трофеями. Он тащил связку бумаг, захваченных в школе. Над ним даже посмеивались: «Не иначе, как в писари метишь. Гляди, сколько бумаги сгреб». В партизанском штабе Леню похвалили за «бумажные трофеи». Это оказались важные документы. Но особую похвалу он заслужил 13 августа 1942 года.
Отряд действовал в районе дороги Псков-Луга. Леня был в разведке: наблюдал за шоссе, запоминал, какой груз везут машины. Вдали показался легковой автомобиль. Лёня заметил человека в белом кителе. Не иначе — большой начальник. Под колеса автомашины полетела граната. Взрыв слился с автоматной очередью. Проехав по инерции метров двадцать, автомобиль замер. В глубине машины мелькал белый китель. Пытаясь открыть заклинившую при взрыве дверцу, немец бил в нее плечом. Наконец дверца распахнулась. Фашист выскочил из автомобиля и побежал, размахивая большим портфелем. Голиков бросился следом.
Немец на ходу обернулся. Увидев в руках врага пистолет, Лёня пригнулся. На выстрел ответил длинной очередью… Подскочил к лежавшему на земле гитлеровцу, схватил портфель. Взгляд скользнул по золотым погонам, полоскам орденских ленточек на кителе. «Важная птица», — подумал Лёня. Хотел было захватить с собой китель, но нельзя было терять время — каждую минуту на дороге могла показаться машина. Он сорвал погоны — возможно, хоть по ним определят чин этого немца. Погоны, однако, оказались ни к чему. Когда переводчик разобрал бумаги, выяснилось, что портфель принадлежал действительно «важной птице» — генерал-майору инженерных войск Виртцу. Он вез в Лугу секретные документы.
Воевал Лёня меньше года. Погиб в бою. Но сделал он за это время много: взорвал два железнодорожных и двенадцать шоссейных мостов, сжег три склада, уничтожил девять автомашин с боеприпасами, истребил около восьмидесяти оккупантов. В сорок четвертом году, когда народные мстители вошли в Ленинград, все узнали о Лёне Голикове. В газетах появились полное имя, и даже отчество юного партизана. Тем, кто знал мальчика, это показалось странным, непривычным. Лёня Голиков и вдруг — Леонид Александрович. Но в указах по-другому не пишут. Голикову присвоили звание Героя Советского Союза. Именно тогда его впервые назвали Леонидом Александровичем. А вот новая улица в Ленинграде все-таки называется просто улицей Лени Голикова.